Kovu's Den

I love dragons (especially dragonesses), bigcats, dolphins and MLP, hate humans!

Молчание медвежат: что скрывает бездействие чиновников

Предлагаю вашему вниманию статью Платона Майстренко, в которой на примере медвежат-сирот раскрываются наши общие природоохранные проблемы.


Медвежонок-сирота улетел на Боинге – интригующее название и нетривиальный сюжет от 14 апреля сего года http://www.vostokmedia.com/n233330.html. И как трогательно. Журналисты, наверное, в очереди стояли…

bear_cub
Это один из двух медвежат, которых 10 марта 2015 г. изъяли у зоозащитницы Натальи Коваленко работники Комитета охотничьего хозяйства МПР Хабаровского края и под телекамеры передали в зоосад «Приамурский». Впоследствии один медвежонок умер от пилоростеноза, а второго зоосад передал обратно Наталье(!), которая, как изначально и предполагалось, отправила его в подмосковный благотворительный фонд защиты животных «БИМ». Можно было бы посмеяться над этой игрой в мячик, если бы в роли спортивных снарядов не выступали живые существа, которых одни пытаются спасти, а другие – просто используют для самоутверждения, потому что к соблюдению законодательства, на что напирали чиновники, изымая медвежат, эта чехарда никакого отношения не имеет.

Конечно, Фонд «БИМ» – это всего лишь наименьшее из возможных зол. Зло в том смысле, что медвежата безвозвратно изымаются из природы. Но это единственная альтернатива циркам и придорожным закусочным. Последние заведения, естественно, с сидящими в клетках медведями, имеются и в Приморском, и в Хабаровском краях, и в ЕАО – но это так, исключительно к сведению местных природоохранных чиновников.

Проблема устройства судьбы «диких» медвежат-сирот в том, что в зоопарках бурые и гималайские медведи прекрасно размножаются, и приличные заведения, способные обеспечить гуманное содержание животных, не нуждаются в подпитке своих коллекций за счет зверей из природы. Даже наоборот, и на биостанции Валентина Пажетнова (автора единственной методики реабилитации медвежат-сирот) в Тверской области, и у нас в Хабаровском крае проводились успешные эксперименты по адаптации родившихся в условиях зоопарка медвежат к жизни в естественной среде. В частности, учеником В.С. Пажетнова – Сергеем Колчиным, занимавшимся до недавнего времени реабилитацией медвежат-сирот гималайского и бурого медведей http://www.5-tv.ru/news/55148/, проведена работа по передержке и выпуску в природу двух выводков бурого медведя, родившихся в 2012 и 2013 гг. в зоосаде «Приамурский» http://settv.ru/news/mess/12814, http://rutv.ru/brand/show/episode/492662/viewtype/tag.

Последнее было вызвано не столько научным рвением (хотя принципиально новый научный материал эта работа дала), сколько проблемой устройства будущей судьбы родившихся в неволе медвежат. В 2014 г. родившегося в зоосаде медвежонка подарили дрессировщику Мстиславу Запашному, назвав Севой – в честь Севастополя, а двойня 2015 г. пока висит «мертвым грузом». И растет… Всего С. Колчиным в 2009–2014 гг. было реабилитировано 23 медвежонка.

В 2013 г. работа Сергея была отмечена дипломом губернатора Хабаровского края. Правда, медвежат он спасал, что называется, полулегально. Конечно, все, кому положено, были в курсе, но никаких официальных разрешений на работу не имелось. То есть, если что, всегда можно нагрянуть с проверкой – «а на каком основании?!».

Работу Сергей проводил в охотничьем хозяйстве, но не оформившем все индульгенции в соответствии с нововведенным Законом об охоте. Этим чиновники и мотивировали отказ в выдаче официальных разрешений содержание медведей.

А потом случилось то самое столкновение конфликтующих ценностей, именуемое в психологии когнитивным диссонансом. Умные попечители изначально спрашивали – а не станут ли подрощенные медвежата мишенью для охотников? Ну нет, ну что вы, – говорил руководитель хозяйства, и мы ему вторили и как бы верили. А потом, прямо на охотничьей базе, была убита пятилетняя самка гималайского медведя «Шикша». Медведица-сирота самостоятельно жила в тайге 4 года. Сергей ожидал, что у «Шикши» вот-вот появятся медвежата… Медведица была убита при обстоятельствах, исключающих возможность дальнейшего сотрудничества с руководством охотничьего хозяйства. Можно лишь сказать, что непосредственные исполнители злодеяния были биты и во всем признались.

Еще в Хабаровском крае есть Центр реабилитации диких животных «Утес», который сейчас реорганизуют и переподчиняют тому же Комитету охотничьего хозяйства.

Там, на протяжении 20 лет медвежат «реабилитировали» в клетках с помощью пряников и сгущенного молока. Ни учета, ни контроля, ни мониторинга результатов такой реабилитации. Правда, сотрудники Общества сохранения диких животных (WCS), проводя в Центре практические занятия для студентов-ветеринаров, в годы первых выпусков медвежат метили их ушными бирками. Сотрудники Центра поняли допущенную, видимо по недоразумению, ошибку (и больше ее не повторяли), когда странные медведи с метками появились в поселках Южный, Гвасюги, на погранзаставе в селе Кукелево… В прошлом году на совещании в МПР Хабаровского края руководитель Центра даже не смог сказать, сколько всего медвежат прошло через их организацию.

Это то самое место, где в мае прошлого года погибла, или была убита, реабилитируемая тигрица. Причем за несколько дней до смерти (официальная дата которой вызывает некоторые сомнения) тигрица осматривалась комиссией из тех же представителей природоохранных структур, которые должны заниматься судьбой медвежат. Комиссия пришла к выводу, что тигрица здорова и подлежит выпуску в природу. Но за неделю до этой комиссии здесь побывали сотрудники WCS, сделавшие практически противоположный вывод! Квалификация последних специалистов вопросов не вызывает, потому что они, и только они, осуществляют отлов всех конфликтных тигров в регионе. Их работа сейчас сродни работе советских каскадеров в кино. «Трюки» выполняют профессионалы, а в титрах – «сотрудники Комитета охотничьего хозяйства совместно со Специнспекцией «Тигр».

А после действительно странной смерти тигрицы тот же чиновник, что изымал у Натальи Коваленко медвежат, с выражением угрюмой серьезности на лице вещал о врагах и конкурентах, отравивших тигрицу хитрым ядом http://www.gubernia.com/news/society/tigritsa-v-tsentre-reabilitatsii-utes-khabarovskogo-kraya-umerla-ot-yada/. Ну как объяснить такому серьезному человеку, что использование предполагаемых им средств требует ну очень больших финансовых, организационных и интеллектуальных затрат? И ради чего? Ведь нельзя же скомпрометировать то, чего не существует в природе. Я имею в виду работу по реабилитации диких животных в вышеназванном Центре.

Помните, у блистательного Фазиля Искандера – в рассказе «Подвиг Чика», где мальчик спас от живодера собак:

— Чик, — сказал дядя, и глаза его строго подтвердили, — я тебе уже объяснял, что все это ерунда. Ты ведь не раз убеждался в этом. Нет никаких вредителей! Есть разгильдяи, трусы, подлецы… И, наконец, просто дураки!

Так что в Хабаровском крае достойного места для медвежат-сирот, к сожалению, не нашлось.

Поэтому «БИМ» – одно из немногих мест, где есть люди, желающие и, главное, способные оказать помощь и устроить судьбу медвежат. Правда, Фонд негосударственный и, более того, на главной странице сайта с вызовом декларирующий – «Бим не получает финансовую поддержку от государства». Может, это отсутствие помощи и является залогом жизнеспособности «БИМа»?

Потому, в царстве прилепившихся к бюджету печеночных сосальщиков, утративших за ненадобностью все жизненные функции, кроме пищеварительной и воспроизводства себе подобных, и не нашлось иного достойного приюта медвежатам.

Чиновники Комитета охотничьего хозяйства были, что называется, в курсе и не возражали передаче медвежат в «БИМ», поскольку: с глаз долой – из сердца вон. Правда они рассчитывали на понимание зоозащитников, в том смысле, что все пройдет тихо и без шума. Но после серии телерепортажей http://www.ntv.ru/novosti/1355061, http://settv.ru/news/mess/23462 о бесприютности медвежат-сирот в Хабаровском крае, закралась в сердца чиновников обида – и изъяли медвежат у Натальи, и передали в зоосад. А в зоосад тем временем еще двух детенышей-гималайцев подкинули. И Наталье еще двух подкинули, которых она тоже отправила в «БИМ». А теперь туда третий (в смысле, первый) уехал. Да, еще одного медвежонка (тоже вроде гималайского) полицейские изъяли в районе пос. Селихино и передали в зоологический центр «Питон» Комсомольска-на-Амуре. И это только те медвежата, информация о которых просочилась в официальные источники.

Так что проблема медвежат-сирот в Хабаровском крае все-таки существует, уважаемые чиновники!

Да, 10 апреля 2015 года Комитетом охотничьего хозяйства Министерства природных ресурсов Хабаровского края выявлен факт незаконной транспортировки двух медвежат гималайского медведя (тех, что первыми были отправлены в «БИМ»), и по данному факту возбуждено административное расследование.

Тут, правда, есть один щекотливый момент. Медвежата перевозились абсолютно официально, в пассажирском салоне и, естественно, с ветеринарным свидетельством, которое ветеринары не выписали бы без согласования с теми же самыми природоохранными чиновниками. Тут проблема как раз не в самой транспортировке, а в законности содержания медвежат, т.е. вопрос правообладания.

В соответствии с Федеральным законом от 24 апреля 1995 г. N 52-ФЗ «О животном мире» дикие животные, населяющие территорию Российской Федерации и находящихся в состоянии естественной свободы, являются государственной собственностью.

Поскольку все медвежата-сироты изъяты из природы незаконно, принимать решение об их судьбе, естественно, должны органы государственной власти, в соответствии с возложенными на них полномочиями и, естественно, законодательством.

Согласно ст. 6 закона «О животном мире» к полномочиям Российской Федерации в области охраны и использования животного мира, переданным для осуществления органам государственной власти субъекта РФ, относится:

Выдача разрешений на содержание и разведение объектов животного мира в полувольных условиях и искусственно созданной среде обитания (за исключением объектов животного мира, занесенных в Красную книгу Российской Федерации)…

Но порядок выдачи таких разрешений установлен только для целей охотничьего хозяйства и относится лишь к юридическим лицам, заключившим охотхозяйственное соглашение. Отказывая в выдаче разрешений на содержание животных в научных и культурных целях, региональные чиновники уже не один год кивают на Москву, мол, ждем, когда утвердят нужные Правила.

Поэтому все дикие животные (в Хабаровском крае), незаконно изъятые из природы и не занесенные в Красную книгу Российской Федерации, содержатся физическими и юридическими лицами (тот же зоосад «Приамурский») незаконно, т.е. без разрешения на содержание, выданного уполномоченным органом государственной власти субъекта, в нашем случае МПР Хабаровского края.

Однако гималайский медведь включен в Приложение 1 конвенции СИТЕС. И существуют «Правила использования безвозмездно изъятых или конфискованных диких животных и растений, их частей или дериватов, подпадающих под действие конвенции о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения, от 3 марта 1973 г», утвержденные Постановлением правительства РФ от 28.05.2003 г. №304. То есть судьба детенышей-сирот гималайского медведя, тем более изымаемых у граждан представителями уполномоченных органов, должна решаться в соответствии с данными Правилами.

Так, согласно п.3 Правил Федеральные органы исполнительной власти или их территориальные органы, у которых временно находятся образцы, не позднее 3 дней с даты безвозмездного изъятия образцов или получения решения о конфискации образцов, принятого уполномоченным органом, уведомляют об этом административный орган.

Административным органом СИТЕС в Российской Федерации является Росприроднадзор.

Все дальнейшие решения о судьбе изъятых образцов, в том числе и живых зверей, принимаются административным органом, т.е. Росприроднадзором!

А именно:

п. 4. Административный орган до принятия в установленном порядке решения об использовании образцов определяет специализированную организацию, которой передаются образцы для временного содержания.

п. 5. В отношении живых образцов административный орган в течение 30 дней с даты получения информации, указанной в пункте 3 настоящих Правил, принимает одно из следующих решений:

б) о выпуске в естественную природную среду;

в) о безвозмездной передаче государственным или муниципальным унитарным предприятиям и учреждениям для содержания и разведения в полувольных условиях или искусственно созданной среде обитания в природоохранных, научных и просветительских целях;

г) о передаче Федеральному агентству по управлению государственным имуществом для реализации в установленном порядке с соблюдением ограничений, установленных законодательством Российской Федерации (в случае невозможности реализации решений, предусмотренных подпунктами «а» — «в»);

д) об умерщвлении (при наличии заключения органов ветеринарного надзора).

10 марта 2015 г. работники Комитета охотничьего хозяйства МПР Хабаровского края изъяли у Натальи Коваленко двух детенышей гималайского медведя и, оформив акт передачи, отдали их в зоосад «Приамурский». Если последнее действие было продиктовано решением Росприроднадзора, и медвежата переданы в зоосад для временного содержания (п.4 Правил), то, передав оставшегося в живых медвежонка обратно Наталье Коваленко, несомненно, нарушил закон директор зоосада. Но он не пошел бы на заведомое нарушение, если бы действительно медвежата были переданы в зоосад для временного содержания. Правда и акт передачи медвежонка от МПР Хабаровского края зоосаду не устанавливает право собственности, поскольку такая форма не предусмотрена действующим законодательством. Естественно, что распоряжаться медвежонком (передавать его кому-либо еще) не имея в соответствии с ФЗ «О животном мире» разрешения на содержание, руководитель зоосада тоже не имел права.

Если чиновники изымали медвежат, руководствуясь законодательством, то где решение административного органа СИТЕС о дальнейшей судьбе медвежат?! Все сроки вышли.

А интересно, будет ли административное расследование по факту серии незаконных передач последнего медвежонка?

А вот еще чуточку сюрреализма.

Свой первый День Рождения отметит постоялец зоосада «Приамурский» медвежонок по имени Слава.Прошлым летом хищника подарил зоосаду губернатор Хабаровского края. Интересно, что Слава – это девочка. Женский вариант мужского имени ей дали в честь главы региона.

06.02.2015 Ольга Кошелева, специально для DVHab.ru

А ни у кого не возник вопрос, ну в том же Комитете охотничьего хозяйства, или в Росприроднадзоре – откуда губернатор Хабаровского края взял медвежонка и имеет ли он право на такие подарки? И почему, собственно, бдительным Комитетом охотничьего хозяйства не было возбуждено административного расследования по факту незаконного дарения медвежонка?

Ну да, конечно, такое им не интересно.

На самом-то деле все было совсем наоборот. Медвежонка-сироту, также подброшенную в зоосад и изначально названную, вообще-то, Муха, переименовали и поднесли в качестве подарка на день рождения губернатору. Хотя давать человеческие имена животным в зоопарках категорически не рекомендуется. Не то что суеверие, а, скорее, во избежание спекуляций.

А потом ситуацию перевернули, и получилось, что 16 июля 2014 г. губернатор Хабаровского края передал медведицу в дар зоосаду. Видимо таким образом директор зоосада хотел убить двух зайцев – потрафить губернатору и легитимизировать медвежонка. Ну, убил – не убил, а одного использовал точно.

А вот еще интересный сюжет, завязка которого произошла при съемках злополучного телерепортажа, с которого все и началось. К съемочной группе и зоозащитнице с питомцами подошел растроганный охранник здания, на ступеньках которого происходила съемка и, чуть ли не со слезами, рассказал о передаче по каналу «Охота и рыбалка», где как раз показывали охоту на гималайских медведей на берлоге. Информация оказалась более чем интересной. Этот видеоролик, под названием «Охота на медведя гималайского. На охотничьей тропе», был опубликован в интернете 14 февраля 2015 г. http://www.youtube.com/watch?v=eBOjkMVT6UE (сейчас недоступен), и о нем уже рассказывала ведущая программы «Экологический резонанс» радиостанции «Восток России» Тамара Иннокентьевна Ежеля.

В сюжете показан процесс добычи на берлоге двух гималайских медведей двумя охотниками из Литвы. Причем, из рассказа литовского охотника о его маршруте, сведущему человеку очевидно, что местом охоты был заказник «Матайский». – От Хабаровска на машинах организаторы довезли охотников до поселка Южный, откуда непосредственно до места охоты добирались на снегоходах. По словам охотника, в поселке Южный дорога где-то пропала, а на снегоходах они ехали часа три. На Схеме размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории Хабаровского края http://www.mpr.khabkrai.ru/uploads/files/Karty.zip хорошо видно, что пос. Южный района имени Лазо расположен практически в центре государственного природного заказника краевого значения «Матайский».

Южные границы заказника «Матайский» проходят по водоразделу бассейна реки Матай, с одной стороны, и бассейнов рек Тахало и Алчан, с другой, совпадая таким образом с административной границей Хабаровского края. Сопредельные с заказником охотничьи угодья Хабаровского края (охотничье хозяйство «Матай», МППХ «Лазовское» в бассейне реки Катэн, Вяземский ГПХ в бассейне р. Правый Подхоренок) насыщены сетью круглогодичных лесовозных дорог, доступных для автотранспорта. Заезжать в пос. Южный, следуя в сопредельные с заказником охотугодья, а, тем более, перегружаться там на снегоходы – в высшей степени нецелесообразно.

В ролике запечатлен охотничий инструктаж, который организатор охоты проводит на фоне зимовья, на стене которого прибит, ни много ни мало, аншлаг заказника «Матайский».

Согласно п. 3.2.4. Положения о государственном природном заказнике краевого значения «Матайский», на территории заказника разрешается любительская и спортивная охота на пушных зверей, рябчика и медведей для граждан, проживающих в поселках Южный и Долми, в установленном законодательством порядке.

Человек, выступающий в фильме в роли организатора и проводника (кстати, вот его сайт http://hunt-blackbear.ru/), прописан в пос. Южный и на вполне законных основаниях осуществляет охоту в заказнике (конечно, исключительно на пушных зверей, рябчика и медведей). Но из видеосюжета следует, что непосредственно стреляли медведей охотники из Литвы, заведомо не являющиеся жителями поселков Южный и Долми.

Вот интересно, насколько этот факт соответствует действующему законодательству, и что вообще по этому поводу могут сказать те, кто отвечает за соблюдение режима особо охраняемой природной территории?

Конечно, нам могут сказать, что это было давно, и срок давности вышел. Да, вероятно, что фильм снят не позже февраля 2012 г. Правилами охоты, вступившими в силу 15 июля 2012 г., сроки охоты на гималайских медведей были ограничены концом ноября. До этого времени многие медведи еще бодрствуют, либо покидают зимнее убежище при малейшем намеке на опасность, а значит найти занятую берлогу и успеть организовать охоту для приезжих туристов в эти сроки маловероятно. Представленные в ролике охотники явно имеют репутацию и статус, не позволяющие им нарушать Правила охоты. Впрочем, репутация есть не у всех, имеющих желание и готовых платить за его реализацию, что отчасти и подтверждает «урожай» этого года на медвежат-сирот.

Еще нам могут сказать что, в общем-то, это не такое уж и нарушение. Охота на медведя в заказнике разрешена? – Конечно. Квоты на добычу были выделены? – Несомненно. Так какая разница медведю, кто его убьет? Конечно, никакой. Особенно если учесть, что квоты на добычу гималайского медведя на территории государственного природного заказника «Матайский» превышают квоты на сопоставимых с заказником по площади сопредельных охотничьих угодьях!

Квоты добычи гималайского медведя

Площадь, тыс. га Квота добычи, голов
сезон 2013-2014* сезон 2014-2015**
Государственный природный заказник краевого значения «Матайский» 114,4 6 6
МО ВОО ОСОО ДВО ОХ «Матай» 141,91 6 5
ОАО «ГПХ Вяземский» 353,71 4 4

(*утв. Распоряжением Губернатора Хабаровского края №359-р от 25.07.2013 г.**утв. Распоряжением Губернатора Хабаровского края от 29.07.2014 № 346-р)

Интересно, как это соответствует выполнению заказником функции природного резервата по сохранению, восстановлению и воспроизводству охотничьих ресурсов, а также редких и находящихся под угрозой исчезновения видов животных и охраны среды их обитания?

Кстати, подобная картина и с бурым медведем, организация охоты на которого на юге края, в силу особенностей биологии зверя, гораздо сложнее, чем на его белогрудого родственника. Зато сроки охоты на него куда «слаще», что дает законные основания для нахождения в угодьях с оружием, когда охота на копытных, например, закрыта, или вообще запрещена, как в заказнике. Интересно, правда? А если учесть, что стоимость охотничьих туров на гималайского медведя исчисляется в сотнях тысяч рублей, становится еще интересней. К слову сказать, первые лет десять с момента создания заказника в 1998 г. совокупный лимит на добычу медведей в нем не превышал 1–2 голов. Общий лимит на добычу гималайского медведя в крае держался в пределах 30–50 особей против нынешних 139, а выдачу лицензий на бурого медведя на юге края охотуправление старалось ограничивать. Потому что прекрасно понимали, что бурых медведей по этим лицензиям добывается мизер, а бумаги просто служат пропуском в угодья с оружием. Ну а теперь, что называется, поперло.

На днях координатор программы по сохранению биоразнообразия Амурского филиала WWF Павел Фоменко просто и доходчиво объяснил корреспонденту РИА PrimaMedia свое видение ситуации с гималайским медведем http://primamedia.ru/news/society/08.04.2015/430985/problem-s-populyatsiey-belogrudih-medvedey-v-primore-net-ekologi.html.

В частности, Павел Фоменко отметил, что зимой медведи спят и посчитать их по следам нельзя. Поэтому оценка (численности) проводится экспертами. И он, как эксперт, утверждает, что проблем с популяцией гималайского медведя нет. Еще он сказал, что, согласно его статистике, количество дериватов медведя, регулярно задерживаемых на границе, остается на одном уровне очень давно. Видимо, по мнению эксперта, это является свидетельством благополучия популяции гималайского медведя на российском Дальнем Востоке. Вот такая стабильность.

И такая вот незамысловатая методика оценки численности вида, включенного в список МСОП и Конвенцию СИТЕС, и вопрос, о включении которого в Красную книгу РФ остается открытым. Еще он напомнил, что пять (?!) лет назад приняты правила охоты, которые исключают убийство самок с медвежатами в зимний период. Поэтому если что-то и добывается, то это самки без медвежат.

Ну да, а если что не по правилам, так это, видимо, не в счет.

Все по Галичу — Так что все в порядке, спи сынок…

А что же будет со следующими осиротевшими медвежатами? Я думаю, тут все решится просто. К черту административные расследования. На следующего сердобольного, посмевшего объявиться с сиротками и задать неудобные борцам с браконьерами вопросы, можно показательно, с фанфарами, возбудить дело по 258 ст. УК РФ «Незаконная охота». Абсурд, конечно, но разве у нас это невозможно? И даже если дело развалится в суде, то желание связываться с медвежатами-сиротами окончательно отобьет. А заниматься спасением медвежат в условиях конспирации практически невозможно.

Да и самих медвежат после такого из берлог просто вытаскивать не будут. Так что проблема отпадет сама собой. По крайней мере, на медийном уровне.

А по чиновничьему поверью – о чем все молчат, того, как бы, и не существует.

Платон Майстренко

comments powered by HyperComments
Kovu's Den © 2014 Frontier Theme